АВТОСТАТ | Александр Курылин, генеральный директор и владелец ГК «Тон-Авто» («АВТОСТАТ»)

Инфографика

Все публикации

01.06.16Прочитали 496 раз

Александр Курылин, генеральный директор и владелец ГК «Тон-Авто» («АВТОСТАТ»)

Александра Курылина, генерального директора Группы компаний «Тон-Авто», в которую входят автосалоны Renault, Toyota и Lexus, мы застали сразу по приезде из Сочи, где дилерам был презентован Renault Kaptur. Скоро новинка появится в автосалонах. Об ожиданиях рынка, последних тенденциях и о том, почему один из старейших игроков автомобильного рынка Самарской области отказался от продаж LADA, он рассказал в интервью аналитическому агентству «АВТОСТАТ».

general.jpg

- Александр Иванович, как Вам Kaptur? Есть ажиотаж? На какой спрос можно рассчитывать? Цена достаточно высока...

- Первая машина Kaptur уже пришла в город. Я рассчитываю на объем продаж до 15 автомобилей ежемесячно. Цена стартует от 799 тыс. рублей (с учетом cкидки по программе утилизации – прим. ред.), но обычно автомобилей по таким ценам бывает мало, скорее всего, наиболее доступными в наличии будут комплектации по цене от 970 тыс. до 1 млн 100 тыс. рублей.

Это будет 2-х литровый мотор со множеством опций. За эти деньги автомобиля такого формата не было, поэтому я думаю, что спрос будет хороший. К тому же Kaptur спроектирован для России с учетом всех потребностей нашего рынка.

Сейчас даже если взять автомобили LADA, то та же Vesta в средней комплектации стоит более 600 тыс. рублей. Иномарки в В-классе уже приближаются к 1 млн рублей. Если говорить о SUV, я думаю, что 1 млн сегодня – это хорошая цена. Kaptur находится в той же нише, что и Duster, но последний рассчитан на другую категорию покупателей. Новинка Renault – более городская, симпатичная, я думаю, у нее обязательно будет свой покупатель, потому что дизайн очень стильный.

- Дизайн довольно экстравагантный. Думаете, его хорошо примут?

- Да, своеобразные дизайнерские линии. Но эта машина, я бы сказал, больше отвечает концепции европейского Renault. Хотя сейчас европейские модели практически не поставляются на наш рынок. У Renault за последнее время много новинок: Megane, Kajar, Scenic. Автомобили красивые, но к нам они пока не поступают из-за курса евро – дорого. Но вот Kaptur для российского рынка отличается от европейского Captur размерами: он больше, на другой платформе сделан, хотя выполнен в той же стилистике. Он производится на заводе Renault в Москве.

- Вы считаете, что наиболее востребованными будут средние комплектации?

- Renault будет выпускать и относительно недорогие комплектации по цене немногим более 850 тыс. рублей. Речь о двигателе 1,6 л, либо на «механике», либо на вариаторе, переднеприводные. Но судя по продажам Duster, покупатели больше предпочитают полный привод на «механике». А это уже цена примерно 1 млн. рублей. Понятно, что сейчас это все-таки немалые деньги. Но при этом стоимость практически всех автомобилей С-класса сегодня – в районе 1 млн. рублей: Toyota Corolla, Volkswagen Jetta, Ford Focus и т.д. А у Renault за эти деньги можно получить полноприводный внедорожник – это нормально.

- Кстати, к Вам на встречу я ехала в такси, водитель которого выбирает себе автомобиль в пределах 1 млн рублей. Колеблется между Duster, XRAY, Vesta. Выбор в этой ценовой категории, в принципе, не очень большой сейчас...

- У Duster сегодня практически нет конкуренции. Во-первых, это очень качественный автомобиль, у него «механика» надежная, электроника, хоть ее и мало. И на вторичном рынке он дорого стоит. У Duster отличное соотношение «цена-качество», отсюда и объемы продаж. Могу сказать, что в целом надо смотреть на потребительские качества автомобиля. Любой товар находит своего покупателя в том или ином объеме. Если нужен автомобиль с большим клиренсом, надежный, полноприводный, то это Duster. Они сегодня продаются лучше, чем Logan. Российские покупатели в последние годы предпочитают хоть маленький, но «паркетник». Это даже удивительно.

- Кроме Kaptur, чем нас сможет порадовать Renault в этом году?

- Все будет зависеть от курса валют. Валюта приносит Renault в России определенный операционный убыток. Если бы АВТОВАЗ приносил прибыль, то можно было бы разговаривать о кумулятивной марже: с одной стороны, пойти на убыток, с другой стороны, заработать на других направлениях, и скомпенсировать это. Но поскольку АВТОВАЗ в «минусе», новые модели будут приносить убыток. Не совсем красиво будет.

- Автосалон LADA (ООО «АвтоПланета» - прим. ред.) на вашей территории, судя по всему, еще не подвергся ребрендингу, он совсем не соответствует новым требованиям. Будете искать новое помещение?

- Мы приостановили продажи LADA в связи с тем, что это несколько убыточно. С 1 июня мы переходим на сервисный контракт. Сейчас мы распродали машины и будем заниматься только сервисным обслуживанием автомобилей. Достаточно много дилеров в городе, которые имеют отрицательный баланс по работе с АВТОВАЗом.

- Довольно неожиданная новость, учитывая, что вы продавали автомобили LADA с 1999 года! А АВТОВАЗ сейчас открывает для себя новую веху. Новые модели, ребрендинг опять же...

- Существует понятие экономического расчета: сколько ты можешь продать Vesta и XRAY, чтобы окупить ребрендинг? Николя Мор говорит о том, что рынок ближайшие два года будет снижаться. Но мы сами знаем, что пока нет никаких драйверов роста экономики. Государство идет на внешние заимствования, то есть в ближайшие два года денег не будет точно. Поэтому сейчас вкладываться в строительство можно только, если есть собственные деньги. Но если собственного ресурса нет, строить на заемные – достаточно большой риск.

- При желании, наверное, можно было бы расшириться или купить помещение? Сейчас много автосалонов простаивает либо продается с дисконтом...

- Инвестиции, необходимые для строительства нового салона, я оцениваю в 75 млн рублей. При сегодняшней окупаемости и падении рынка риски существенные. Ребрендинг стоит около 7 – 8 млн рублей. Еще раз повторю: сегодня надо все считать, потому что если у тебя не будет хватать денег на то, что ты сможешь окупить, это все пойдет в жесткий «минус».

На сегодняшний день нужно заниматься развитием внутреннего производства: будь то сельское хозяйство, товары народного потребления – там, где можно было бы занять большое количество людей. Люди должны получить деньги, чтобы у них пошли накопления. Сегодня все сидят. Сбербанк говорит, что у населения на счетах деньги есть, но все боятся их тратить, поэтому не только нет роста зарплат, но еще и угроза сокращения рабочих мест. Это все не дает энтузиазма для развития рынка. И само государство сегодня говорит, что оно не склонно бороться за рост потребления.

- То есть получается, что Вы ни разу не выкупали на заводе новые модели?

- Нет. Мы не стали соответствовать новым требованиям, поэтому нам их не выдавали. Но по моим данным, у тех, кто получает Vesta, все тоже сложно с экономикой. Сегодня уровень продаж должен быть не менее 120 – 130 автомобилей в месяц, чтобы поддержать рентабельность. Мы же реально в последнее время продавали от 80 до 100 автомобилей LADA.

- Как завод отреагировал на Ваше решение выйти из пула дилеров? Все-таки «Тон-Авто» - крупная компания...

- У нас в городе достаточно много игроков, соответственно, мы своим уходом даем кому-то возможность для роста. Здесь вопрос в том, что не хватает прозрачности работы завода. Ранее публиковалось, что за первый квартал 2016 года у АВТОВАЗа убыток 8,6 млрд рублей. Как раз сейчас надо поработать с теми направлениями, которые приносят убыток. Если это импортные комплектующие, надо собирать Торгово-промышленную палату, предпринимателей и обсуждать, какие детали, например, необходимы, или какие станки нужно купить. То есть должен быть четкий заказ от АВТОВАза: мы готовы заключить контракты, а вы нам должны обеспечить качество, объемы, себестоимость. Надо как-то договариваться... Не понятно, сколько еще завод сможет работать с убытком.

- Но новый президент АВТОВАЗА Николя Мор, кажется, как раз подходит к тому, чтобы в конечном итоге решить задачу по локализации производства...

- Для меня слова ничего не значат. Говорят много, а что дальше? Сроки? Я понимаю, когда четко ставят задачу: до конца 2016 года должно стоять, например, 75 заводов, производящих 60% комплектующих АВТОВАЗа.

- В ходе недавнего визита на ОЭЗ нам объяснили, что конкретики нет, т.к. спроса на автокомпоненты со стороны автопроизводителей в ближайшие годы не будет...

- И не надо! Если производство стартует с маленькой позиции, соответственно, позже пойдет рост. Нельзя объем создать с нуля. Надо как минимум построить цех, оборудование привезти, людей научить. Бу Андерсоном говорил мне, что отсутствие в Тольятти маленьких гибких производств – это очень плохо. Но при этом есть крупные компании, которые не отвечают требованиям качества от автозавода. Еще раз подчеркиваю: у нас нет социального заказа. Я считаю, что это и есть социальная проблема нашего города, а не сам АВТОВАЗ.

Идет падение ВВП города – это проблема социальная, потому что за падением идет безработица. Когда создаешь маленькое производство, потом можно нарастить объем. Поэтому для меня лично остается открытым вопрос: сколько деталей нужно АВТОВАЗу, чтобы уйти от импорта?

- То есть прозрачности по вопросу локализации профессиональное сообщество не видит?

- Я не вижу. Понимаете, когда мы тонем, как минимум нужно привлечь кого-то и постараться найти выход из ситуации. Этим никто не занимается. Нужно говорить о программах, чтобы всем было понятно, что именно мы покупаем за рубежом, что мы должны произвести здесь, и соотношение – сегодня это стоит столько, а нам нужна цена такая. Кто у нас этим занимается, кто считает окончательные цены на автомобили – я не знаю. Когда я был в Париже с делегацией Renault, нам главный конструктор и вице-президент все это показывали и рассказывали. С АВТОВАЗом же ничего похожего не происходит.

- У вас же есть опыт политической деятельности, Вы несколько лет занимали пост мэра Жигулевска. Возможно, новому президенту АВТОВАЗА удастся продвинуться в вопросе локализации с помощью властей?

- Это всегда работа власти и менеджмента. Как минимум, Торгово-промышленная палата города должна взаимодействовать с заводом и знать, что ему необходимо. Основная задача сегодня – это АВТОВАЗ, поддержка города в целом. Должна быть стратегическая задача. Это находится в рамках бизнеса. ТПП занимается необходимыми задачами, чтобы активизировать наш регион.

Обязательно нужен симбиоз между производителем, ТПП и государством. Ухудшение – не самое плохое. Если предприятие заходит в большой убыток, самое правильное разобраться в нем и его оздоровить. Поэтому давайте сейчас посмотрим, что будет делать новое руководство АВТОВАЗа, как его будет оздоравливать, какие этому руководству задачи поставили сверху.

- Значит, от LADA вы отказались. Возможно, у вас освободились ресурсы, не планируете за бесценок выкупить что-нибудь поблизости? Взять другой бренд?

- На падающем рынке ничего покупать нельзя. Очень много всего нужно сделать, а прибыли не будет. Тенденции автомобильного рынка таковы: бренды качественные, не требующие больших затрат, имеющие большую остаточную стоимость на вторичном рынке – они останутся. Людям все равно ездить надо на чем-то. А те, кто не имеет таких показателей, как надежность, низкая стоимость обслуживания и владения в целом, они будут исчезать. Падение рынка по той или иной модели также охарактеризовано силой бренда – это раз. Второе – это оценка клиентом стоимости владения.

Я буду развивать дальше три бренда – это Toyota, Lexus и Renault. Потому что эти бренды себя зарекомендовали, они показали свою стабильность, дистрибьюторы дают возможность зарабатывать. Соответственно, за них надо держаться.

- В 2015 году «Тон Авто» получила премию от ООО «Тойота Мотор» как лучший дилер в номинации «Сервисное обслуживание». Какие тенденции сегодня в сервисе?

- Тенденция одна: дистрибьюторы сегодня идут на снижение стоимости оригинальных запасных частей. В прошлом году руководство Renault одномоментно снизило стоимость запасных частей на 30%, поэтому стоимость ремонта сегодня привлекательная для клиента. В нынешнем году это сделало и руководство Toyota – порядка 25 – 30%. И эта тенденция продолжится.