Событие

Dealer UP!

Как поднять продажи автомобилей  и увеличить прибыль.

До начала осталось 1 дней

подробнее

Отчет в фокусе

Автомобильный рынок России 2016

Автомобильный рынок России 2016

Дата выхода 26.04.2016

Формат А4, 293 стр.

Цена 37900 руб.

Аналитическое агентство «АВТОСТАТ» выпускает справочное издание «Автомоб...

26 апреля подробнее

Сорен Хезе, вице-президент по малотоннажным автомобилям «Мерседес-Бенц Рус» («Известия»)

Сорен Хезе.jpg

На фоне значительного падения российского авторынка подразделение коммерческих автомобилей Mercedes-Benz показывает трехпроцентный рост продаж за январь–август по отношению к прошлому году. При этом немецкая компания, производящая малотоннажную модель Sprinter Classic на ГАЗе, не имеет доступа к программам поддержки спроса от российского правительства – этим в «Мерседес-Бенц Рус» недовольны. Своими ожиданиями от рынка с «Известиями» поделился Сорен Хезе, вице-президент по малотоннажным автомобилям «Мерседес-Бенц Рус».

– Мы видим сейчас турбулентность на рынке, некоторые производители свернули бизнес. Какие новости у вас?

– Есть несколько вещей, которые мы вынуждены признать: этот рынок, безусловно, в беде. Общее падение рынка составило 30%, популярность компактных автомобилей снизилась на 65%, среднеразмерных – на 30%, больших – на 26%. Вот это я бы назвал значительным кризисом. Мы верим, что этот кризис закончится наконец-то. Готовы ли мы к стагнации в 2016 году? Да, безусловно, готовы.

– В Ярославле вы уже локализовали производство двигателей для Mercedes-Benz Sprinter, какие следующие компоненты вы начнете производить в России?

– Я ожидал этого вопроса. Если вспомнить здание, в котором мы открыли первые цеха, никто бы ни в какой фантазии не смог бы себе представить, что здесь может работать такой производитель, как Mercedes-Benz. Теперь вы можете увидеть современный конвейер, только в цех окраски инвестировано €70 млн (общие инвестиции Mercedes-Benz в конвейер на ГАЗе составили €190 млн). У нас довольно тесное взаимодействие с ГАЗом, обеспечивающее высокий уровень развития. Конечно, если вы посмотрите на кузовной цех, то там вы увидите оборудование, которое использовалось когда-то на заводе в Аргентине (до России Mercedes-Benz Sprinter производился в Аргентине, старое оборудование завода было перевезено оттуда. – «Известия»). Однако вся управляющая электроника, оборудование для тестирования и проверки качества продукции – всё новое. В мае мы отпраздновали выпуск 10-тысячного фургона Sprinter в Нижнем Новгороде, и это стало своего рода сбором урожая 4–5 лет тяжелой работы.

Сейчас наша локализация превышает 40%, у нас есть серьезные планы увеличить эту цифру в будущем. Но у нас нет такой цели, что, к примеру, к завтрашнему дню должно быть 50%. Логика в том, что нужно три элемента для увеличения локализации: серьезные объемы производства, поставщики комплектующих, которые могут соответствовать высоким стандартам Mercedes-Benz, и, конечно, нужна локальная поддержка в вопросах научных исследований и квалифицированного логистического менеджмента.

Есть ли у нас всё это? У нас есть специализированая инженерно-техническая команда специалистов в Нижнем Новгороде, у нас много людей, обученных в Германии логистическому менеджменту. Есть ли у нас поставщики? Частично да, и я хотел бы увидеть их еще больше, особенно по части высокотехнологичных компонентов. А вот объемы производства – это большой вызов. Угадайте, что будет, если вы сейчас предложите заключить контракт поставщику? Они все напуганы из-за падения рынка. Как правило, это маленькие компании, и они сейчас борются за выживание, поэтому объемы в первую очередь важны для них. Почему поставщик должен инвестировать в переоборудование производства под наши нужды, когда деньги сейчас так непросто взять в банках? Кто может быть уверен, что этот кризис закончится скоро?

– За январь–август 2015 года вы реализовали 4718 автомобилей (+3%). Какой же объем продаж нужен, чтобы увеличить локализацию?

– Для хорошей локализации нужно ориентироваться на объем минимум 80–85 тыс. автомобилей в год, возможно, 100 тыс. автомобилей в год.

– Ваши инвестиции окупились? Если нет, то когда по вашим ожиданиям это произойдет?

– Нет, наш бизнес-план разработан на 10-летний период окупаемости, потому говорить об этом еще слишком рано. Для нас сейчас гораздо важнее стабилизироваться с разных точек зрения. Как вы пронимаете, у нас были определенные рыночные ожидания в 2015 году, но по факту спрос в этом году будет намного ниже наших планов, то же касается 2016 года. И в этом смысле мы благодарны «Группе ГАЗ» за то, что они проявляют гибкость в отношении наших обязательств.

– Но по этому году в рамах бизнес-плана вы идете с прибылью?

– Я не буду отвечать на этот вопрос.

– Модель нижегородской сборки Mercedes-Benz Sprinter Classic уже отпраздновала свое 20-летие на конвейере. В Германии можно купить Sprinter уже третьего поколения. Вы не планируете привезти что-то новое в Россию?

– Прежде всего, вы ошибаетесь. Sprinter, который мы сейчас собираем в Нижнем Новгороде, – совершенно новый автомобиль. Я не говорю о внешности, но электрика, электроника – всё новое; последнее поколение системы курсовой стабилизации, изменена структура деформации кузова при ДТП в соответствии с российскими стандартами безопасности. И с июня 2015 года у нас у первых на рынке появились двигатели, соответствующие экологическими нормам выброса «Евро-5».

Когда мы работали в Китае в 2005 году, никто не ожидал от местного рынка такого всплеска продаж. Никто не думал, что в Китае будут производиться двигатели, модели A-class, B-class, GLK и другие машины. Так что ничего исключать нельзя. Поэтому вопрос не в том, что мы могли бы еще производить в России, а в том, есть ли необходимость этого.

– Значит ли это, что Sprinter российской сборки будет развиваться самостоятельно на российском рынке и станет своего рода ответвлением от ключевой модели? Классический пример тому – седан Volkswagen Santana, который вырос исключительно на китайском рынке из долго жившего на конвейере второго поколения Passat.

– Автомобиль Santana – это очень хороший пример. Я всегда говорю ребятам из своей команды: «Я мечтаю, чтобы мы последовали путем Santana». Этот автомобиль был хорош для рынка на тот период, но теперь он постоянно обновляется и стал современным. Собственно, наш Sprinter – такая же история: снаружи прежняя машина, а внутри постоянные обновления. И если настанут хорошие времена, возможно, мы поставим на конвейер в Нижнем Новгороде новое поколение Sprinter.

– Раз автомобиль получился довольно интересным, вы не думали его экспортировать из России на внешние рынки?

– Экспорт сейчас не ключевой момент. Есть возможности, но в то же время есть и ограничения. Весь секрет заключается в том, насколько Таможенный союз и все режимы экономических зон будут способствовать экспорту. Сейчас мы изучаем возможность экспорта в Беларусь, Казахстан и Таджикистан. В конце концов всё упирается в цены. Если вы, к примеру, обладатель парка коммерческих автомобилей в Алма-Ате и заинтересованы в Sprinter Classic, продукте, хорошо знакомом этому рынку, то мы открыты для диалога. У нас уже есть пилотные продажи в Беларусь и Казахстан. И конечно же, я бы хотел увидеть продажи в Таджикистане и Киргизии.

Но если вы говорите об экспорте в страны Азии и Ближнего Востока, такие как Иран и так далее, то мы должны быть осторожны в вопросах, к примеру, сертификации и омологации (приведение в соответствие страновым стандартам. – «Известия») автомобилей на этих рынках. Возьмем Иран – это рынок, обещающий большой рост в будущем. Но у них содержание серы в бензине превышает 300 ppm (для топлива класса «Евро-4» предельной нормой содержания серы является не более 50 ppm. – «Известия»), что явно пойдет не во благо для наших современных двигателей стандарта «Евро-5».

– С 2015 года в соответствии с требованиями российского законодательства все новые автомобили, впервые выпускаемые на рынок, должны иметь аппаратуру системы предупреждения о ДТП «ЭРА-Глонасс», как у вас продвигается работа в этом направлении?

– Мы работаем над «Глонасс», у нас есть все модули и компоненты, которые понадобится поставлять на конвейер в Россию. Сейчас мы работаем в тесной связке с техническими представителями органов сертификации, для того чтобы в скором времени представить готовый продукт.

– Программы Минпромторга по поддержке спроса за счет субсидий из бюджета на утилизацию, автокредиты и автолизинг доходят до вас?

– К сожалению, мы имеем доступ только к одной программе от российского правительства – субсидированному автолизингу. Я бы хотел использовать преимущество утилизационных программ (покупка нового автомобиля со задачей старого на утилизацию или в «трейд-ин»), которые являются очень ответственным шагом со стороны российского правительства в сторону автопрома. Более того, у нас автомобиль местного производства, мы даем работу более 1 тыс. человек, мы инвестировали в местных поставщиков комплектующих. И я, безусловно, был бы признателен, если бы правительство видело это так же, как мы.

Соглашение в рамках 166-го постановления о промышленной сборке выполняется нами в полном объеме, выполняется в технических коммерческих и инвестиционных вопросах, но соглашение выписано на ГАЗ. А получать помощь в полном объеме могут только компании, владеющие соглашением о промсборке. И поэтому мы хотели бы больше гибкости от правительства. Но в конце концов нужно понимать: если ты не можешь выжить без поддержки правительства, то что-то не так с твоим бизнесом.

«Известия»

25.09.15 «Известия»
 

Новости на эту тему

Статьи на эту тему

  • 16 ноября 2016 Largus разогнал рынок («Ведомости»)

    Российский рынок легких коммерческих автомобилей (LCV) вырос в октябре на 3,8% до 8835 машин, сообщил «Автостат». До этого рынок сокращался пять месяцев подряд.

    подробнее
  • 31 октября 2016 Обзор ведущих европейских автомобильных выставок осени («АВТОСТАТ»)

    Партнер аналитического агентства «АВТОСТАТ» по вопросам экспорта и стратегического позиционирования Мария Вола посетила  ведущие автомобильные мероприятия в Европе и выяснила, с чем сталкиваются компании, рискнувшие начать экспорт на новые рынки. Подробнее об этом – в обзоре.

    подробнее
  • 18 октября 2016 Грузи в отечественное («Коммерсант»)

    Группа ГАЗ готовится к очередному подъему цен на 3%, после которого общий рост цен на ее марки с начала года достигнет 10%. Повышение цен на отечественный коммерческий транспорт идет следом за ростом цены импортных моделей. Но, по мнению участников рынка, российский коммерческий транспорт останется бенефициаром наметившегося роста спроса в этом сегменте, поскольку между отечественными и импортными моделями сохраняется существенный ценовой разрыв.

    подробнее