Событие

Dealer UP!

Как поднять продажи автомобилей  и увеличить прибыль.

До начала осталось 4 дней

подробнее

Отчет в фокусе

Автомобильный рынок России 2016

Автомобильный рынок России 2016

Дата выхода 26.04.2016

Формат А4, 293 стр.

Цена 37900 руб.

Аналитическое агентство «АВТОСТАТ» выпускает справочное издание «Автомоб...

26 апреля подробнее

Инфографика

Соотношение продаж новых и традиционных моделей LADA

Джон Стек, президент Volvo Car Russia (66.ru)

Глядя на обвальную динамику продаж новых автомобилей, мы решили расспросить главного человека в российском офисе Volvo о кризисах, ценах и загадочной русской душе.

Первое полугодие для российского авторынка выдалось тяжелым: евро колебался, цены росли несколько раз за квартал, продажи падали, продавцов лихорадило. Но наш собеседник — человек с огромным международным опытом работы — уверен, что ничего критического и резкого не случится.

Первый вопрос: когда же мы увидим новый XC90 и сколько десятилетий новое поколение проведет на рынке?

— В России новый Volvo XC90 появится уже в начале следующего года. И, конечно, в этот раз он проведет на рынке меньше 12 лет.

— Успокоили! Авторынок в этом году изрядно проседает — по Екатеринбургу падение продаж в первом полугодии составило 15%. Это какая-то критическая ситуация, или ожидаемая, или вообще не страшная?

— Падение авторынка сейчас в корне отличается от того, что мы видели 5 лет назад. Тогда было много внешних факторов, которые привели к обвалу, — например, тогда быстро обвалились мировые финансовые рынки, что отразилось и на продажах автомобилей.

Сегодняшнее уменьшение объемов мы наблюдаем с 2012 года. Рынок очень медленно будет идти ко дну, потом так же медленно восстанавливаться. Не будет резкого падения, соответственно, не будет долгого подъема.

— Считается, что во времена финансовых потрясений бедные беднеют, богатые богатеют, но все колебания в наименьшей степени ощутимы именно обеспеченным людям. Это отражается и на продажах автомобилей премиум-брендов, которые падают не так быстро, как на масс-маркете. Это так?

— Динамика массовых и премиальных брендов вообще очень сильно отличается. Как и цены на эти автомобили. Массовые бренды всегда падают первыми и сильнее, потому что клиентам этих марок требуется больше времени, чтобы собрать необходимую сумму — взять кредит или еще что-то такое, и, соответственно, сложнее купить автомобиль.

Клиентам премиальных марок в этом плане проще: они чаще покупают автомобили на имеющиеся средства, за наличку, потому у них больше возможностей. Благодаря этому премиум-рынок держится дольше, прежде чем начать снижение. Если смотреть по этому году, то рынок премиум-автомобилей пока что ничего не теряет. Более того, держится в плюсе — с динамикой в районе +10%.

— Ранее вы говорили, что Volvo удалось сдержать рост цен в этом году вопреки всем санкциям и колебаниям курса евро. Как? Работаете себе в минус или у вас бухгалтерия привязана к доллару, а не к евро?

— Мы идем навстречу клиентам и стараемся держать стабильные цены. А еще мы не паниковали. Некоторые бренды, глядя на колебания курсов валют, заметались и быстренько подняли цены. Мы, конечно, не знаем, что будет дальше, у нас нет магического шара, но если посмотреть на текущие курсы валют, то они, в принципе, вернулись к тем значениям, на которых были в начале года.

— Для удержания цен вполне логично открыть местный завод и перейти на локальные комплектующие. Но понятно, что для Volvo этот вариант вряд ли пригоден, ибо объемы продаж не те. Но все-таки, есть ли какая-то кооперация с российскими поставщиками компонентов? Есть ли что-нибудь в машинах Volvo, сделанное в России? Не знаю, уральский металл, например.

— К сожалению, я не занимаюсь поставками комплектующих, потому точно не могу сказать, есть ли в наших машинах какие-то материалы из России. Но у меня есть друзья из металлургической промышленности, и судя по их отзывам, качество уральского металла сильно выросло. Особенно в последние годы, потому что многие заводы были серьезно модернизированы, переоборудованы. Так что не исключаю, что в будущем некоторые автопроизводители перейдут на производство кузовных панелей из вашего металла.

— Volvo безусловный лидер и пионер в области автомобильной безопасности. Не так давно Сан Саныч Пикуленко вообще выразил такое мнение, что в плане разработки средств безопасности на данном этапе развития технологий Volvo достигли потолка, и сделать что-то еще лучше не получится. Это так или все-таки есть еще куда расти?

— Думаю, что нет ничего невозможного. Наши лаборатории в Швеции работают непрерывно, чтобы улучшать средства активной и пассивной безопасности. О существовании многих из них вы даже никогда не догадаетесь. Например, разрабатывая нашу новую модульную платформу, мы особое внимание уделили высокопрочным сталям в конструкции кузова, думали над ее размещением так, чтобы кузов при столкновении работал наиболее эффективно. Поэтому наши новые модели на новой платформе в случае ДТП будут еще безопаснее, чем прежде.

Так что я бы резюмировал так: бывают революционные изменения в области систем безопасности (трехточечные ремни, подушки безопасности, изобретенные Volvo), но чаще мы имеем дело с эволюционными изменениями.

— В Швеции специалисты Volvo регулярно выезжают на ДТП, чтобы посмотреть на реальные последствия аварий под разными углами и потом использовать собранную информацию в своей работе. Почему бы не сделать то же самое в России? У нас ужасающая аварийность, да и база данных ДТП богатая.

— Такая работа ведется не только в Швеции, но и во многих других странах. Точно не знаю, собирается ли информация по России. Но мы ежегодно проводим конференцию по дорожной безопасности, куда съезжаются специалисты со всех континентов и обсуждают, как сделать движение на дорогах России более безопасным. И я скажу так: после 6,5 лет, прожитых в России, я вижу реальные изменения к лучшему — как в организации дорожного движения, в инфраструктуре, так и в поведении водителей на дорогах.

— А к чему после 6,5 лет, прожитых в нашей стране, вы никак не можете привыкнуть? Есть какая-то вещь в нашей действительности, которая раздражает и с которой никак нельзя смириться?

— Да… Эта вещь связана с вождением. В пробках в тот момент, когда зеленый свет начинает моргать, водители продолжают вылезать на перекресток. В итоге забивают и свое направление, и не дают проехать водителям с перпендикулярного направления. В США, например, эти вещи отслеживают камеры, и водителей, которые так блокируют перекресток, ждет большой штраф.

— У нас тоже есть наказание — 1 000 рублей.

— Ну, значит, надо очень активно внедрять его! Когда один человек за день будет получать штрафов на несколько тысяч, может, задумается.

— А без чего русского вам, наоборот, было бы трудно? С чем было бы тяжело расстаться?

— Это очень большой список! На самом деле я очень люблю водить. И мы с российскими друзьями очень любим путешествовать на автомобилях. Раз в несколько месяцев мы выбираем какой-нибудь городок километрах в 200 от Москвы и едем туда отдыхать. Очень люблю пикники, вашу провинцию — она так отличается от крупных городов! Мне нравятся люди, культура, атмосфера.

— Но вы же понимаете, что жизнь за пределами крупных городов неприглядна, а зачастую просто уродлива в своей бедности, простоте…

— Так я понимаю, что мы не в сказке живем. С другой стороны, многие иностранцы вообще представления не имеют, что такое Россия и русская жизнь. И я шесть с половиной лет назад не знал. Но путешествия открыли мне глаза на происходящее.

— Кстати, про «русский дух». Что мы, что шведы — северные народы. Есть в нас что-то общее, на ваш взгляд? Чем ваши российские сотрудники похожи на шведских, а чем отличаются?

— Да, общего между этими странами действительно много — климат, дорожные условия. И вы к этому привычны. Слышали, может, что в Штатах в этом году выпало много снега, и все — катастрофа. А в России такое происходит регулярно, и ничего — жизнь продолжается. И мне в вас это нравится! Даже если что-то идет не так — все нормально!

66.ru

08.07.14 66.ru
 
Загрузка...

Новости на эту тему

Статьи на эту тему