Событие

Dealer UP!

Как поднять продажи автомобилей  и увеличить прибыль.

подробнее

Отчет в фокусе

Автомобильный рынок России 2016

Автомобильный рынок России 2016

Дата выхода 26.04.2016

Формат А4, 293 стр.

Цена 37900 руб.

Аналитическое агентство «АВТОСТАТ» выпускает справочное издание «Автомоб...

26 апреля подробнее

Видео

Программа ГОРОД С (1196) Самарского ТВ

Аналитика

Авторынок Индии за 10 месяцев 2016 года

С начала года в Индии было продано более 2,5 млн новых автомобилей.

 

30 ноябряподробнее

Я – ровесница АВТОВАЗа

Сотрудница аналитического агентства "АВТОСТАТ" Виктория Лобода решила принять участие в конкурсе журналистов, объявленном АВТОВАЗом к 50-летию предприятия.  Вашему вниманию предлагается ее эссе, заявленное в конкурсной номинации "История человека". 

Я – ровесница АВТОВАЗа. Однажды с удивлением обнаружила, что мой день рождения (14 июля 1966 года) и дата подписания документов о строительстве завода (20 июля 1966 года) находятся очень близко, и иногда во время  заводского праздника мне даже начинает казаться, что мой день рождения отмечают все заводчане.  Особенно это чувство накрывает, когда по поводу очередной даты  АВТОВАЗа в городе случаются фейерверки. За пройденные  50 лет моя жизнь неоднократно пересекалась с историей завода…

На конвейере АВТОВАЗа...

У каждого из тольяттинцев – свой АВТОВАЗ…  Мой начался, когда провалила экзамены в институт  и мама сказала: «Ну, что ж, учиться ты не хотела, теперь узнаешь, что такое рабочая среда! Пойдешь на самый что ни на есть главный конвейер». Она тогда немного рассердилась. Ведь вместо того, чтобы готовиться к экзаменам, я сразу после школьного выпускного удрала из города в пионерский лагерь «Звездочка», показав, что  наплевательски отношусь к своему будущему. Но мне было 16, я была влюблена, а в этом состоянии здравые советы родителей обычно бессильны. 

Отец и мама

Хотя, по большому счету, мой АВТОВАЗ начался гораздо раньше восьмидесятых. Летом  1967-ого родители приехали с Дальнего Востока, где мы жили, - в Жигулевск. В отпуск к папиной родне. Мне ровно год (на фото внизу), старшей сестренке (на верхнем фото, вместе с папой) - три.

Виктории год

В этих краях в те годы уже вовсю кипела жизнь – в связи с окончанием строительства ГЭС и готовящимся строительством автозавода здесь была совсем другая динамика, после которой Дальний Восток показался моим родителям захолустьем… В книгах по истории АВТОВАЗа все авторы считают своим долгом написать о том, как «завод строила вся страна». Инженеры, специалисты, руководители – приезжали по направлениям партии и правительства, молодежь – по комсомольским путевкам. Кто-то ехал на большую стройку конкретно «за квартирой». Кроме всего прочего, здесь оставались жить многие освободившиеся заключенные: в свое время их труд использовался на строительстве ГЭС. Последнее обстоятельство способствовало развитию в городе очень специфического фольклора. Я помню, как в детстве с удовольствием распевала подхваченные во дворе тюремные баллады – про чью-то непутевую жизнь, которая мстила сама за себя или о том, как кто-то кого-то любил, не дождался встречи и опять же случилась месть…. Свои кадры Волжскому автомобильному добавила и деревня. Моя наставница в бригаде татарочка Халида как раз была деревенской. Но дома девушке было скучно, и родные посоветовали: «Поезжай в город, может, тебе повезёт и встретишь там хорошего человека!». Халида была сильная и ловкая, на работе она легко и эффектно брала по 4 обивочных листа там, где мне хватало сил только на два. Мы часто работали в паре, и она успевала выполнить свою часть операции, потом воткнуть пару кнопочек-«дюймовочек» на моей половине обивки двери и еще посидеть пару минут в ожидании следующего «подсбора». Ей было все равно, где «пахать», на деревенских полях или в цехе. Работать физически девушке очень нравилось, и она трудилась на сборке легко и красиво. Много лет спустя, уже будучи журналистом городской газеты, я однажды встретила свою бывшую напарницу. Халида рассказала, что у нее уже двое взрослых детей, а она сама так и работает на конвейере. Учитывая стаж и возраст, ей предлагали перейти работать в подразделение профкома – сидеть в чистеньком кабинете и заниматься бумажками. «Не, я там больше пары месяцев не выдержала, не моё это, - пожаловалась она. – Я назад в бригаду попросилась»…

К слову, замуж она вышла за одного из парней-дефектовщиков (была такая специальность на ВАЗе) из соседней бригады. По национальности он был азербайджанец, а потому у пары была не одна, а три свадьбы. Первая – в тольяттинском общежитии, вторая - в татарской деревушке, по татарским обрядам, третья – на родине у жениха, с кавказским акцентом.

Мама

Но моя семья осталась в Тольятти, можно сказать, из-за романтики и неуемного характера мамы, Лобода Галины Семеновны. Мама к тому времени закончила пединститут в Комсомольске-на Амуре, папа (Анатолий Васильевич) – Новосибирский сельхозинститут по специальности «техобслуживание». У отца неплохо складывалась карьера, он работал в Биробиджане в большой автомастерской то ли главным механиком, то ли главным инженером. Достраивался дом, в котором нашей семье обещали квартиру… Однако, приехав в Жигулевск, маме (комсомолка, активистка и просто красавица) – ну очень захотелось остаться здесь. И они остались, больше не вспоминая об удачном начале карьеры отца и о строящейся на Востоке квартире.

Отцу сразу предложили работу на ВАЗе. Но негде было разместить семью. Он тщетно пытался  найти съемную комнату в Центральном районе Тольятти, где был большой частный сектор, но хозяева везде махали руками: «Ах, у вас ведь двое маленьких детей!». Мне был всего год, сестре – 3 года. От работы в Тольятти пришлось отказаться. Он устроился на электроламповый завод в Жигулевске. Мама – в вечернюю школу, и вечерами брала мою трехлетнюю сестренку с собой на уроки. Меня же отдали в круглосуточные ясли и забирали только на выходные… 

В яслях

Фотографий тех лет немного, на многих я почему-то реву и меня все успокаивают... Потом мы жили в бараке в Морквашах: крохотная комната именовалась квартирой «повышенной комфортности» - исключительно потому, что там была и батарея, и печка: в печке можно было готовить еду. Но этот барак помог отцу не чувствовать свою зависимость от работодателя: у нас было жилье, и отец снова стал активно искать себе работу на автомобильном заводе – по специальности. Это был уже 1969-ый год. На новой работе (это был уже автозавод) отец проявил себя грамотным специалистом, и в начале 70-ых его направили в долгосрочную командировку в Венгрию. Автомобили ВАЗ тогда хорошо покупались за границей, и завод открыл в ряде европейских  стран свои торговые представительства. Два года мы прожили в Будапеште. Помню, что отец со всяких выставок часто приносил домой яркие проспекты с автомобилями. Читать их мне было скучно (в 4 года я научилась читать, а в 6 лет уже проглатывала романы Тургенева,  Толстого и даже бралась за Достоевского), но картинки были просто роскошными. И очень хотелось их все-все, особенно огромные КРАЗы и БЕЛазы, повесить на стену комнаты. Родители не разрешили…

ВАЗ-21011

…Вернувшись из-за границы, родители сразу стали копить деньги на собственную машину. Отец считал, что нельзя работать с автомобилями и выписанными на них рекламациями, не имея опыта ежедневной езды и ежедневного общения с техникой. Родители вписались в списки очередников на «копейку», солидную сумму денег одолжили у друзей (сразу стали жить на одну зарплату, вторая шла в погашение долга) – и автомобиль купили. ВАЗ-21011. Насколько я помню, он достался нам со скидкой: у работников завода одно время была возможность приобрести так называемый «голый» кузов и машинокомплект к нему, а дособирался он уже в околовазовских фирмах или у знакомых слесарей в гараже: получалось дешевле.

АВТОВАЗ

… Оглядываясь назад, пытаюсь понять, когда же, в каком году в наше уважительное отношение к ВАЗу стали примешиваться негативные нотки. Когда это началось? В 5-ом классе нас впервые повели на завод на экскурсию: у нас были шефы с завода. Это было очень важное событие, мы тогда прошли вдоль всего конвейера, очень устали, но были ужасно довольны: на одном из участков стоял контейнер с аккумуляторами, и нам разрешили набрать оттуда ярких липучих наклеек, на которых было что-то написано  иностранными буквами. Вот было счастье! Еще несколько дней после этого мы гудели, обмениваясь впечатлениями, прилаживали наклейки на обложки дневников, менялись друг с другом… И казалось само собой разумеющимся, что многие потом придут на ВАЗ работать. В старших классах такой уверенности уже не было, но завода мы не боялись, и уж, во всяком случае, никто не пугал: «Будешь плохо учиться – пойдешь работать на ВАЗ». 

Гаечный ключ

Сентябрь 1982-ого. Сборочно-кузовное производство. Третья нитка конвейера. В восьмидесятых на ней собирали «трёшки» (2103) и «шестёрки» (2106). Мне 16 лет, я еще несовершеннолетняя, поэтому мне определен для труда неполный рабочий день. Бригадир показал операцию: нужно ставить обивку на дверцы машин. Процесс несложный, но требует сноровки: прижав панель, нужно постараться стукнуть по ней ладонью так, чтобы пластиковое крепление вошло в  специальные отверстия на дверце, плывущей по конвейеру машины. Ошибки чреваты тем, что хрупкое крепление («дюймовочка») разбивается, и автомобиль уходит вперед с браком, который потом кому-то придется исправлять. За день в смену по нитке проходит 415-420 машин, у каждой – 4 дверцы. Но мои только две правые или только две левые: с другой стороны автомобиля работает другой слесарь-сборщик. Первые дни и даже недели жутко не успевала: конвейеру ведь абсолютно наплевать, что ты – новенькая. Домой приходила – падала, ладони постоянно болели. После как-то втянулась в процесс, но поняла, что тупею от однообразных движений: берешь- кладешь- ставишь- стучишь- проклеиваешь, потом этот процесс повторяется 830 раз за день…

Позже, когда я студенткой журфака проходила практику на АВТОВАЗе, находясь в штате городской газеты, личные впечатления помогли написать очень интересный, на мой взгляд, материал. Он назывался "Золушки с третьей линии, или Что стоит за выполнением плана".Я писала о скорости конвейера, сравнивала темпы нашего с зарубежными аналогами (у меня тогда на руках оказались цифры, подтверждающие, что наш завод, когда после вынужденных простоев "нагоняет план", иногда нарушает мировые нормативы и это сказывается и на качестве, и на эмоциональном состоянии людей). Материал тогда не выпустили в эфир, но редактор сказал: "Спасибо, что не боитесь браться за сложные темы!". Было советское время, с Госпланом спорить никто не хотел...

Я и сегодня уверена,  что творческим личностям конвейерный труд просто противопоказан. Начинаешь постепенно сходить с ума и необходимо завести в жизни  что-то, что поможет сбрасывать напряжение. Благо в те годы при заводе было создано много всяких секций, спортивных и культурных. Я записалась в театральную студию, и это спасало… Примерно через месяц в цехе был праздник – посвящение в молодые рабочие. Мне и еще десятку таких же юных слесарей механо-сборочных работ торжественно вручили серебристый гаечный ключ (на 17 и 19 мм) с гравировкой: «Молодому рабочему ВАЗа Лобода В.А. цех 45-2.». Помню, шла в тот день домой через проходную  с опаской: а вдруг мой подарок «зазвенит», как у воришек запчастей, вот стыдоба-то будет. Потом конечно разберутся, но это ж будет потом…

На главном конвейере

Те 9 месяцев, которые я отработала на Волжском автомобильном в 1982-ом, сегодня вспоминаются с улыбкой. Помню, как радовалась, получив свою первую рабочую спецовку – два новеньких приталенных комбинезона и 4 клетчатых рубашки. Причем клетка была очень красивая – в магазинах на полках в то время лежали только безрадостные расцветки, а комбинезон отлично сидел на фигуре (говорят, модель для спецодежды Волжского автозавода разрабатывали известные дизайнеры). Я решила поэкономить: два батничка на работу не надевать, оставить их себе для дискотеки. Увы! Рубашки пачкались буквально каждый день: причем уже к обеду засаливался коричневым жировым наплывом тот бок, которым ты стояла к конвейеру, и остаться чистой никак не удавалось. Особенно обидно бывало во время субботников. В советское время субботники были неотъемлемой частью заводской культуры - мы выходили на работу на полдня, посвящая свой труд то какому-нибудь партийному съезду, то дню рождения Ленина. По молодости - в них даже весело было участвовать: в эти дни мы даже на нашу грязную в принципе работу надевали белые (!) рубашки, на конвейере звучала музыка, и в обеденный перерыв подводились итоги какого-нибудь промежуточного конкурса между бригадами – «На лучшую стенгазету к празднику», «На лучшее украшение рабочего места». Наградой был какой-нибудь большой сладкий приз. Только рубашку потом долго приходилось вымачивать в белизне.

А потом в моем рабочем комплекте одежды случилась большая потеря. В тот день меня перевели с третьей вставки на первую: там была нехватка рабочих. При этом работу дали ну супер-легкую. Сидишь себе и ждешь, когда погрузчик привезет контейнер с легкими белыми пушистыми пластинами. Их нужно переложить в другую емкость (5-минутное дело) и снова ждать. За полдня таких контейнеров я разгрузила всего штук пять. К обеду пришла в родную бригаду – народ ахнул: «У тебя какие-то пятна красные по лицу!». Оказалось, разгружала я стекловату: в автомобилях ее подклеивали под крышу кузова.. Работать с таким материалом нужно было предельно осторожно, а я ж ее – и в охапку брала, и к себе прижимала. Бригадир увидел – побелел: «Меня ж теперь посадят за такое! По закону малолеток на такие «вредные» операции ставить вообще нельзя! Иди-ка ты домой и завтра на работу не выходи, если не пройдет!». Обошлось. Вот только и штаны, и рубашку больше надевать не пришлось: оказались все утыканы мелкими осколками.

Сегодня, когда я по долгу службы бываю на главном конвейере, я вообще не вижу на рабочих сальных спецовок. Похоже, времена изменились, а с ними изменились и технологии, и условия труда...

Книги

В 90-ые я уже не работала на АВТОВАЗе. Слава богу, криминальные разборки, которые пришли на предприятие вместе с развалом Союза и рухнувшей экономикой, не коснулись ни меня лично, ни моих родных и знакомых. А потому 90-ые остались в памяти шикарными бартерными сделками, которые проворачивались на АВТОВАЗе. Вот эти книжки попали в мою домашнюю библиотеку только благодаря АВТОВАЗу. Причем здесь лишь малая часть: втрое больше уже увезено за город, на дачу. Но в 90-ые весь Тольятти начал активно читать благодаря Волжскому автозаводу. Даже те, кто не брал книги в руки годами - запоями читали американские детективы и исторические романы, которые АВТОВАЗ выменивал в книжных издательствах на автомобили. Раньше, в период советского дефицита хорошие книги привозились из-за границы, на собрания сочинений и издательские серии народ записывался в очередь и месяцами ходил отмечаться. А тут – завод получил возможность менять произведенные машины на книги, одежду, продукты, товары первой необходимости. И в то время, когда даже в столичных супермаркетах были пустые прилавки, Тольятти был бережно накрыт волной изобилия. Благодаря ВАЗу в городе появились спецмагазины и система распределения талонов, которыми заводчане делились с друзьями, и товаров почему-то хватало на всех. Мне кажется, наш город мягче, чем многие другие, пережил этот смутный и сложный период вхождения страны в рынок. В те годы у меня уже была маленькая дочка. Она была накормлена (благодаря моим усилиям), а вот нарядно (и недорого!) одета – благодаря АВТОВАЗу. Ну, и друзьям-автовазовцам, разумеется.

Не хлебом единым жив человек. Хорошо помню, как в моем детстве Волжский автозавод периодически организовывал в городе выставки декоративно-прикладного мастерства своих сотрудников. Однажды выставка получилась такой большой, что заняла три этажа городского Дворца Спорта. Проявлять себя в творчестве было престижно и поощрялось. Из ярких работ, которые меня, ребенка, тогда впечатлили, были кружевные шторы (сделанные на коклюшках), деревянный макет Кижей и, тоже деревянный, триптих: резьба по дереву, забавные сюжеты деревенской жизни.

Руководители АВТОВАЗа

Прошли годы. По меркам простого заводского рабочего, за эти годы я сделала просто головокружительную карьеру – начинала слесарем, а через несколько лет, получив диплом журналиста, уже общалась с вазовскими «генералами». Эксклюзивное трехчасовое интервью «тет-а-тет» на 23-ем этаже высотки - с четвертым по счету топ-менеджером АВТОВАЗа (Поляков в этой иерархии руководителей был первым) Владимиром Каданниковым, неоднократные пресс-конференции с пятым и шестым (Николаев и Вильчик). Во время инаугурации девятого руководителя предприятия (Борис Алешин), находясь в группе приглашенных журналистов, я спрашивала, надолго ли он к нам в Тольятти и будет ли, как предыдущие москвичи, летать чартерами в Москву на выходные. Алёшин тогда сказал, что приехал в Тольятти с чемоданом. Уточнил: «С большим». Центральные СМИ так и написали. А через год-полтора я готовилась к развернутому интервью с главой предприятия, но Алешина столица быстро забрала обратно. А еще, если вспомнить, был обед - с десятым (Комаров), шикарный букет из 25 роз за участие в вип-гонках на «калинах NFR»– от одиннадцатого (швед Бу Андерссон). С двенадцатым (Николя Мор), надеюсь, встреча еще предстоит …

Важно то, что за годы общения с разными автовазовцами, от «генерала» до слесаря, у меня сложилось четкое понимание, что и первые – не небожители, и вторые – не люди второго сорта. И только время (годы) расставляет нас всех по местам. И спустя годы моя бывшая напарница по бригаде Халида, - небогатая, но очень душевная женщина, - чувствует себя абсолютно счастливой. В свою очередь, кое-кто из моих «генералов» сегодня в буквальном смысле выброшен из жизни и прозябает, даже имея на счетах миллионы. Про одного из них друзья говорят, что он пьет и плачет, потому что кроме главной привычки постоянно думать о производстве и прибылях-убытках ничего не приобрел и теперь не умеет жить без этих цифр – не научился. Другой признался недавно в личной беседе, что просто полностью выгорел: «Знаете, у меня каждый год работы на ВАЗе – за все три посчитать можно. Я объездил столько стран, общался со столькими людьми – на несколько жизней хватило б. Но сейчас за душой – ничего не осталось, ни сил, ни желаний, ни мечты даже самой завалящейся…».

Выпуск миллионника

…Сегодня утром, 14 июля, мне исполнилось 50 лет. АВТОВАЗ через шесть дней догонит меня по возрасту. Я почему-то верю, что прошедшие полвека – это не только отдельные истории, но большой, серьезный, солидный этап в нашей с заводом жизни. Наступает – нет, уже наступило время мудрых, взвешенных решений, время уважительного и заботливого отношения к себе. Наступил период, когда не нужно никому ничего доказывать и оправдываться за совершенные некогда ошибки. Нужно просто двигаться вперед. Спокойно. Уверенно. С достоинством и гордостью за сделанное. 

На тест-драйве

Тест-драйв LADA XRAY

14.07.16 Виктория Лобода
Источник: www.autostat.ru
Метки: автоваз
 

Новости на эту тему

Статьи на эту тему

  • 20 сентября 2016 Российские моторы для Renault («Ведомости»)

    Установка вазовского мотора на Renault поможет снизить себестоимость автомобилей. До реальных поставок еще далеко – партнеры пока только прорабатывают такую возможность.

    подробнее
  • 5 сентября 2016 Renault позаботится об АВТОВАЗе («Ведомости»)

    В декабре 2016 г. может состояться размещение дополнительных акций «АвтоВАЗа» по открытой подписке на 25 млрд руб., рассказал «Ведомостям» председатель совета директоров «АвтоВАЗа», советник гендиректора «Ростеха» Сергей Скворцов. По его словам, утвердить соответствующее решение планируется на внеочередном собрании акционеров 10 октября.

    подробнее
  • 29 июля 2016 Мор, долги и убытки («Газета.Ru»)

    Убытки «АвтоВАЗа» в первом полугодии выросли на 67% и достигли 8,6 млрд руб. Выручка составила 87,1 млрд руб., что на 5% меньше предыдущего полугодия. При этом объемы продаж сократились на 11%. Эксперт «Газеты.Ru» полагает, что единственный выход из сложной экономической ситуации — реструктуризация долга.

    подробнее